Электронная библиотека

движение на фрегате. Матросы унизали борт корабля; что-то красное мелькнуло

с борта в воду, и вслед за тем сверкнул огонь из пушки, из другой, из

третьей... Гул раздался долго после!.. Потом флаг, который до сих пор

спущен был до половины и перевязан узлом, упал - ив тот же миг поднялся до

места распущенпый... И потом звук исчез в пространстве, дым улетел к небу и

все приняло прежний вид.

Это непостижимое для Веры явление мелькнуло в стекле трубки, будто в

неясном, худо запомненном сне. Княгиня протерла стекло, но все задернулось

туманом в очах ее, и с них брызнули слезы. "Это от усталости!" - молвила

она и в думе опустила голову на руку. Невольная дрожь пробежала по ее телу,

"Какой холодный ветер!" - подумала она и закуталась шалью... Наконец

неизъяснимая тоска сжала ей грудь... Она с горестию сказала: "Видно, он не

приедет и сегодня!" Но в голосе ее слышалась обманутая, хотя еще и не

разрушенная надежда - какая-то слепая доверчивость ребенка к палачу. О, эти

простые слова привели бы в трепет каждого, кто угадывал истину. Сегодня? Но

вечереет ли день замогильный? рассветает ли ночь мертвецов?

И княгиня погрузилась в долгое тяжелое забытье; забытье без чувств и

мыслей; забытье, в котором, как в Мертвом море, нет ни зыби, ни прилива, ни

отлива, не витают рыбы, не перелетают через птицы... все иссушено, все

задушено!! Словом, забытье, которое потому только пе могло назваться

смертью, что оно хранило муку.

Место и время исчезли для княгини. Било одиннадцать часов ночи, когда

звук мужских шагов в коридоре гостиницы пробудил ее из гробовой дремоты.

Первая мысль, первый крик ее был: "Это он!", и она стремглав бросилась к

дверям. Тусклый ночник едва мерцал в радужном кружке, будто глаз какого-то

злого духа, но Вера ясно расслушала его походку, она узнала шотландский

плащ Правила, - если не слухом и не взором, то сердцем угадала она

желанного гостя, - она прыгнула к нему навстречу и с радостным ах! упала на

грудь пришельца.

Тесно смежны в сердце женщины восторг и отчаяние, смех и слезы,

смежны, как две стороны червонца. Лезвие мысли их не делит; сомнение не

простирает своей плены между. Княгиня в восхищении сжимала в своих объятиях

пришельца.

- Княгиня! - произнес незнакомый голос, - вы ошиблись. Я не Правин, я

только посол его!

Нил Павлович подал письмо княгине.

Княгиня отпрянула от него, как будто коснулась змия.

- А Правин? Он не хотел приехать? - вскричала опа с укором. - Он

обманул меня... Да кому теперь можно верить, когда и самое сердце мое меня

обмануло. Скажите ж скорее, жив ли, здоров ли мой Илья? Где он? Когда он

приедет сюда?

Нил Павлович безмолвствовал.

Глаза Веры засверкали, как острия кинжалов.

- Я понимаю вас, г. лейтенант, - гневно произнесла она, - вы

отговорили, вы не пустили его: вы всегда были против нашей любви. Ваше имя

не раз отрывало Правина от моей груди... Он мрачно озирался, слыша вашу

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки