Электронная библиотека

наливки водою. Так все относительно в этом свете. Вожделенна молния, когда

указывает она потерянную дорогу. Ужасна заря, открывающая осужденному

эшафот. Для путника первая блистает, как свеча пиршества; для преступника

вторая, как лезвие топора. То, что рождало зевоту и побраики на устах

моряков, внушало любовникам сладкие речи и еще сладчайшие поцелуи.

- Не бойся, милочка! - говорил Правин Вере, когда она страстно

прижималась к его груди, внимая ударам разъяренных валов в состав фрегата.

- Мне ли бояться их, - возражала она, - когда я знаю, что каждая

волна приносит мне лишнюю минуту счастья. Пускай дрожит от них дуб: мое

сердце трепещет не от робости.

Оба любовника не выходили из забытья любовной горячки, забытья,

оживленного наслаждениями и пламенными мечтами. Правда, минутная ревность

злобно терзала сердце Правина, когда князь Петр приближался к Вере со

своими насущными ласками, но тогда ее умоляющий взор, но после ее

беззаветная преданность награждали его терпение, - и он упокоивался. Чистое

сердце - точно волшебная прялка: она выпрядает золото поэзии из самой

грубой пеньки вещественности; любовь Правина, Веры была истинна: то была

страсть, какой давно не видит и не верит свет. Они блаженствовали.

Я сказал, что противные ветры замедляли путешествие фрегата

"Надежды"... без сомнения, любовь в том выигрывала; но едва не теряла в том

служба, и очень много. Правин утопил в своей привязанности все другие

заботы. Любоваться Верой, когда вместе, думать о ней, когда врозь, стало

его любимым занятием. То задумчив, то рассеян, он мало обращал уже внимания

на порядок управления парусами, на внутреннее устройство фрегата и команды.

Только в бурях, только в опасностях пробуждался он от дремоты, схватывал

трубу и грозным словом своим укрощал злобу стихий. Но с бурею утихал он сам

и снова падал в досадное равнодушие ко всему, кроме предмета своей страсти.

Нил Павлович сперва лишь качал головою; потом стал пожимать плечами, а

наконец без шуток начал журить Правина за его небрежение к службе.

- Я предсказывал тебе, - говорил он не раз, - что, кто начнет кривить

против долга честного человека, против связей общества, тот, конечно, не

минует забвения обязанностей службы. Полно ребячиться, Илья: твоя связь не

доведет тебя до добра; ты можешь в эту игру проиграть здоровье и доброе

имя, - кто знает, может быть самую жизнь; а что всего хуже, ты погубишь с

собой и княгиню... это прелестное создание, которое стоит лучшего света и

чистейшей судьбы. Грешно человеку с душою вербовать ее в дружину падших

ангелов.

Правин сперва оправдывался - ссылался на пример других, на силу своей

страсти. Потом он отыгрывался шутками, наконец стал молчать и сердиться.

Советы друга ему наскучили, выговоры его досаждали ему. Не желание блага, а

тщеславие своего превосходства находил он в прямизне Какорина. Его

строгость называл он бесчувст-венностию, его неуклончивость - гордостью.

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки