Электронная библиотека

морю; и в самом деле, какое угощение от достойного внука Великого Петра

могло быть царственнее, величественнее отого! Катера были готовы, утро -

прелесть... Двор начал размещаться... Признаюсь, неохотно рассталась я с

беретом; казалось, мне больно оторвать стопу от земли, и я с трепетанием

сердца спрыгнула в катер. Но когда весла грянули, когда длинная вереница

шлюпок, из которых каждая подобилась плавучей корзине с цветами, ринулась в

море, и впереди всех орлом полетел двадцативесельный катер, несущий в себе

славу и надежду России; когда берега стали бегом уходить от нас, а далекий

Кронштадт с дремучим лесом мачт поплыл к нам навстречу, - тогда

безграничное море развилось за ним, синея и сверкая... страх мой перелился

в тихое, новое для меня наслаждение, и мне стало так хорошо в ладье, будто

в колыбели когда-то.

И вот миновали мы Кронштадт и приблизились к эскадре, готовой вступить

под паруса. Матросы унизывали все снасти, все реи в узор и кричали ура!

Едва государь с высочайшим семейством взошел на адмиральский корабль, весь

флот поднял якоря, и катера наши приставали к ближним кораблям наудачу...

Вид был восхитительный! Упавшие паруса образовали словно плавучую стену с

огромными башнями. Мы долго спорили со своими подругами о выборе: одна

хотела стонушечного корабля, толстого, как наш председатель палаты; другая,

более умеренная, довольствовалась семидесятным, лишь бы на нем веял флаг

контр-адмирала; третья желала сесть на раззолоченную, разряженную, будто на

бал, яхточку. Не знаю почему, только мне всех более понравился стройный

фрегат, идеал легкости, красоты и силы. Он так гордо бросал в облака свои

стрелы; долгие флюгера его так остроумно и прихотливо сверкали в воздухе,

он сам так важно колебался на волнении... пушки его с таким любопытством

выглядывали на нас из окон, что во мне родилось непреодолимое желание

видеть это милое чудовище у себя под ногою. Не знаю, красивее ли всех или

настойчивее всех подруг моих на катере была я, только победа осталась за

мною. Офицер гвардейского экипажа, который левою ногою управлял кормилом

нашей двенадцативесельной республики, отдал честь моему вкусу и поворотил

под корму моего любимца. На поясе резвой его галереи золотыми буквами

написано было: "Надежда". Это одно слово стоило предпочтения.

Висячая лестница устлана была флагами... Всходим... Вообрази себе!

Нет, ты не можешь себе вообразить, что я там увидала! Не знаю, с чего

начать, не знаю, можно ли кончить!.. То был новый мир, то была чудная

поэма. Помост чистый, вылощенный, как стол; снасти, закрученные завитками,

блоки, сверкающие как серьги, сетки, сплетенные фантастическими кружевами,

медь горит как золото; чугун орудий как сизое вороново крыло! И потом - эта

стройная суета кругом... это необозримое раздолье перед очами!.. По звуку

серебряных свистков, казалось, великан наш размахнул широко руками, чтобы

поймать ветер; грудь его надулась, и он, с каждым мигом ускоряя бег,

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки