Электронная библиотека

упал с крутизны и слег в постелю... И ты, кровопийца, вместо того чтоб

утешить больного кроткими словами, чтобы молитвою и милостыней помирить его

с аллахом, принес, как людоеду, мертвую голову, и чью голову? Твоего

благодетеля, защитника и друга!

- На то была воля хана, - угрюмо возразил Аммалат.

- Не клевещи на мертвого, не марай его памяти лишнею кровью! -

воскликнула ханша. - Недовольный тем, что изменнически зарезал ты человека,

ты с его головою приехал сватать дочь мою у смертного одра отца, и ты

надеялся получить награду от людей, заслужив месть от бога? Безбожник,

бездушник! Нет, гробом предков и саблями сыновей клянусь: ты никогда не

будешь зятем моим, знакомцем, гостем моим. Удались из моего дома, изменник!

У меня есть сыновья, которых можешь ты зарезать обнимая, у меня есть дочь,

которую можешь ты зачаровать, отравить змеиными своими взорами. Ступай

скитаться в ущельях гор, учи тигров терзать друг друга и отбивай падаль у

волков. Ступай и ведай, что дверь моя не отворяется для братоубийцы.

Аммалат стоял, как опаленный молниею.

Все, что роптала невнятно его совесть, высказано было ему вдруг и так

неожиданно, так жестоко. Он не знал, куда девать очи свои. Там лежала

голова Верховского с обвинительною кровью, там виделось укорительное чело

хана с печатью мучительной кончины, там встречал он грозные очи ханши...

Лишь плачущие очи Селтанеты казались ему приветными звездочками сквозь

дождевую тучу. К ней-то решился приблизиться он, робко произнеся:

- Селтанета! для тебя совершил я то, за что тебя теряю... Судьба

хочет этого - да будет! Одно скажи мне: неужели и ты разлюбила меня, ужели

и ты ненавидишь?

Знакомый милый голос проник ее сердце. Селтанета подняла свои ресницы,

блистающие слезами, свои глаза, полные тоскою; но, увидев страшное, кровью

забрызганное лицо Аммалата, закрыла опять их рукою. Она указала перстом на

труп отца, на голову Верховского и твердо сказала:

- Прощай, Аммалат; я жалею тебя, но не могу быть твоею.

Сказав слова сии, она пала без чувств на тело отца. Вся природная

гордость вместе с кровью прилила к сердцу Аммалата. Дух его вспыхнул

негодованием.

- Так-то принимают меня здесь - молвил он, бросая презрительный

взгляд на обеих женщин. - Так-то исполняют здесь обеты. Я рад, что глаза

мои прояснели. Я был слишком прост, когда ценил переходчивую любовь

ветреной девушки, слишком терпелив, слушая бредни старой женщины. Вижу, что

с Султан-Ахмет-ханом умерли здесь честь и гостеприимство.

Он вышел гордо.

Он дерзко заглядывал в глаза узденей, сжав рукоять кинжала, как будто

вызывая их на бой. Все, однако ж, уступали ему дорогу, но, кажется, более

избегая его, чем уважая; никто не приветствовал его ни словом, ни знаком.

Он вышел на двор, кликнул нукеров своих, безмолвен сел в седло и тихими

шагами поехал по пустым улицам Хун-заха.

С дороги в последний раз оглянулся он на ханский дом, чернеющий в

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки