Электронная библиотека

Между тем кружок любопытных около упрямого кузнеца расширялся, подобно

кругу на воде от брошенного камня. В толпе иные уже ссорились за передние

места, не зная, что смотреть бегут они, и, наконец, раздалось: "Этого не

надо, этому не бывать, сегодня праздник, сегодня грех работать!"

Некоторые смельчаки, надеясь на число, надвинули шапки на глаза и,

держась за рукоятки кинжалов, подло самого капитана стали кричать: "Не куй,

Алекпер, не делай ему ничего... Вот тебе новости! Что нам за пророки эти

немытые русские!"

Капитан был отважен и знал очень коротко азиатцев.

- Прочь, бездельники! - закричал он гневно, положа руку на ручку

пистолета. - Молчать, или я первому, кто осмелится выпустить брань из-за

зубов, запечатаю рот свинцового печатью!

Это увещание, подкрепленное штыками нескольких солдат, подействовало

мгновенно: кто был поробче - давай бог ноги, кто посмелее - прикусил язык.

Сам набожный кузнец, видя, что дело идет не на шутку, поглядел на все

стороны, проворчал: "Неджелеим (что ж мне делать)?", засучил рукава,

вытащил из мешка клещи и молот и начал подковывать русскую лошадь,

приговаривая сквозь зубы: "Балла билла битмы эддым" (а это значит наравне с

польским: дали буг, не позволям).

Надобно сказать, что все это происходило за глазами Аммалата: он, едва

завидел русских, как, избегая неприятной для себя встречи, сел на

новоподкованного коня и поскакал в дом свой, над Буйнаками стоящий.

Между тем как это происходило на одном конце ристалища, ко фронту

отдыхающей роты подъехал всадник среднего роста, но атлетического сложения;

он был в кольчуге, в шлеме, в полном боевом вооружении; за ним следом

тянулось пять нукеров. По запыленной их одежде, но коням в поту и пене

виделось, что они совершили скорый и дальний переезд. Первый всадник,

рассматривая солдат, тихим шагом проезжал вдоль составленных в козлы ружей,

задел и опрокинул две пирамиды. Нукеры, следуя за господином, вместо того

чтоб своротить в сторону, дерзко топтали упавшее оружие. Часовой, который

еще издали кричал, чтоб они не приближались, схватил под уздцы коня

панцирника, между тем как множество солдат, раздраженных таким презрением

от мусульман, окружили поезд с бранью.

- Стой, кто ты? - было восклицание и вместе вопрос часового.

- Ты, видно, рекрут, когда не узнал Султан-Ахмет-хана Аварского [Он

был родной брат Гассан-хана Джемутайского, а сделался ханом Аварским,

женясь на вдове хана, единственной его наследнице. (Примеч. автора.)], -

хладнокровно отвечал панцирник, отрывая руку часового от поводьев. -

Кажется, в прошлом году я задал русским в Башлах [Тогда отряд наш,

состоявший из трех тысяч человек, окружен был шестьюдесятью тысячами

горцев. Там был уцмий Кара-каидахский, аварцы, акушинцы, койсубулинцы и

другие. Русские пробились ночью - и с уроном. (Примеч. автора.)] по себе

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки