Электронная библиотека

- Нет отца, так есть наследство от отца. Ведь мне с тобою не роднёю

считаться. Впрочем, я человек совестливый: нет червонцев, так я возьму и

баранами; а про полковника ты не пой мне песен: я знаю, что за него отдадут

все солдаты последнюю пуговицу с мундира. Уж коли за Швецова [За Швецова -

полковник Швецов был выкуплен офицерами Кавказского корпуса. (Примеч.

автора.)] дали выкупу десять тысяч рублевиков, за этого дадут и больше.

Впрочем, увидим, увидим! Коли будете смирны... Я ведь не джеуд (жид) какой,

не людоед, первиадер (всевышний) прости.

- Ну, то-то же, приятель, корми да пои нас хорошенько, так присягу

даю и честью моей заверяю, мы не задумаем ни бить тебя, ни бежать от тебя.

- Верю, верю! Люблю, что без шуму дело сладили. Какой ты молодец

стал, Аммалат: конь не конь, ружье не ружье, загляденье, да и только!

Покажи-ка, друг, кинжал свой? Верно, кубачинская насечка на ножнах?

- Нет, кизлярская, - отвечал Аммалат, покойно растягивая поясок

кинжала. - Да клинок-то посмотри: диво! Гвоздь пополам, словно свечу. На

этой стороне имя мастера; на, хоть сам читай: Али-уста Казанищский.

И между тем он повертывал обнаженным клинком перед глазами жадного

лезгина, который хотел показать, что знает грамоте, и со вниманием разбирал

связную надпись...

Но вдруг кинжал сверкнул как молния: Аммалат, улуча миг, рубнул

Шемардана по голове со всего размаху, и удар был столь жесток, что кинжал

остановился в зубах нижней челюсти. Труп рухнул на траву. Не сводя глаз с

Аммалата, я последовал его примеру и положил из пистолета ближнего ко мне

разбойника, державшего за узду моего коня. Это было знаком к бегству

остальных бездельников, как будто со смертью атамана расторгся узел своры,

на которую были они привязаны.

Между тем как Аммалат, по азиатскому обычаю, снимал с убитых оружие и

связывал вместе повода оставленных коней, я выговаривал ему за его

притворство и клятвы перед разбойником. Он с удивлением поднял голову:

- Чудный вы человек, полковник, - возразил он мне. - Этот злодей

наделал исподтишка русским тьму вреда, то пожигая стоги сена, то уводя в

плен одиноких солдат-дровосеков! Знаете ли, что он бы замучил, истиранил

нас, для того чтобы мы пожалобнее писали к своим и тем более дали выкупу.

- Все это так, Аммалат, - сказал я, - но лгать, но клясться не должно

ни в шутке, ни в беде. Разве не могли мы прямо кинуться на разбойников и

начать тем, чем кончили?

- Нет, полковник, не могли. Если б я не заговорил атамана, нас бы при

первом движении пронзили пулями. Притом, я знаю эту сволочь весьма хорошо:

они храбры только в глазах атамана, и с него надобно было начать расправу.

Я качал головою. Азиатское коварство хотя и спасло меня, но не могло

мне понравиться. Какую веру могу я иметь к людям, привыкшим играть честью и

душою?

Мы собрались было садиться на коней, когда услышали стон раненного

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки