Электронная библиотека

обыкновенно тюрьму. Народ, рассуждая о происшедшем, угрюм, но безропотен

разошелся по домам, ибо приговор ханский был согласен правде их обычаев.

Печальная весть скоро проникла до Селтанеты; и, как ни желали смягчить

ее, она жестоко поразила девушку, столь много любящую. Со всем тем она

против ожидания казалась спокойною: не плакала, не жаловалась, по зато и не

улыбалась более, не молвила слова. Ей говорила мать, она не слышала. Искры

из трубки отца прожигали ее платье, она не замечала. Холодный ветер веял на

грудь ее, она не чувствовала. Все ее чувства сжались в сердце на муку его;

но это сердце глубоко лежало от взоров, и ничего не отражалось на гордом

лице ее. Ханская дочь боролась с шестнадцатилетнею Селтанетою; можно было

предсказать, кто падет прежде.

Но эта скрытая тоска удушала Селтанету; ей хотелось убежать от людских

глаз и на свободе выплакать горе.

"Боже мой! - думала она, - зачем, потеряв друга, не имею права плакать

о нем! Все так и смотрят на меня, чтобы посмеяться после; так и стерегут

каждую слезку, чтобы поймать ее на злословный язык свой. Чужое горе им

потеха".

- Секине! - молвила она своей прислужнице, - пойдем гулять по берегу

Узени!

На треть агача [Агач - семь верст. Он называется конным.

Пешеходный -четыре версты. (Примеч. автора.)] расстояния от Хунзаха к

западу есть развалины старинного христианского монастыря, уединенного

памятника забытой веры туземцев. Рука времени, будто из благоговения, не

коснулась самой церкви, и даже изуверство пощадило святыню предков. Она

стояла цела между разрушенных келий и павшей ограды. Глава ее с

остроконечною каменного кровлею уже почернела от дыхания веков; плющ заплел

сеткою узкие окна, и в трещинах стен росли деревья. Внутри мягкий мох

разостлал ковер свой, и в зной влажная свежесть дышала там, питаемая горным

ключом, который, промыв стену, прислоненную к утесу, падал через каменный

алтарь и распря-дался в серебристые, вечно звучные струны чистой воды, и

потом, сочась в спаи плитного пола, вился ниже и ниже. Одинокий луч солнца,

закравшись сквозь окно, мелькал и переливался сквозь зыбкую зелень по

угрюмой стене, как резвый младенец на коленях столетнего деда. Туда-то

направила Селтанета свою прогулку; там-то отдохнула она от взоров и

вопросов, тяготивших ее. Все было так мирно, так прелестно, так счастливо

около нее, и все это тем более множило печаль - первую печаль ее.

Переливный свет на стене, лепетание ласточек и журчанье ключа растопило в

слезы свинец, лежавший у нее на сердце, и горесть ее разлилась жалобами.

Секине убежала нарвать груш, растущих в изобилии около церкви, и Селтанета

тем беззаветнее предалась природе, требующей облегчения.

И вдруг, подняв голову, она вскрикнула от испуга; перед нею стоял

стройный аварец, забрызганный грязью и кровью. Кожа тигра падала наземь с

плеч его.

Ужели твое сердце, твои глаза, Селтанета, не узнали своего любимца?

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки