Электронная библиотека

из комнат, менее других пострадавшей, огонь в камине и перенес туда

оконтуженного поручика. Он кряхтел и бранился, между тем как фельдшер

натирал ему больной бок спиртом. Я, усталый, лежал перед огоньком на

гусарских плащах. В окно светило зарево пожара, и от времени до времени

слышались в селении пистолетные выстрелы.

- Проклятая пушка! - приговаривал, охая, Зарницкий при каждом разе,

когда фельдшер касался до контуженного места. - Она, словно клад, не

давалась мне в руки. Под Красным французская сабля мне хотя прорезала на

груди петлицу, да по крайней мере я вдел в нее "Владимира" с бантом, а эта

упрямица отбоярилась от меня одним чугунным поцелуем. Ох, проклятая пушка!

- Утешься, Зарницкий, она не ушла от нас! - сказал я.

- Да не пойдет и с нами. Дорога еще не окрепла, кони истощены, и колеса

будут резать за ступицы. Она свяжет пас по рукам и по ногам; при летучем

отряде не впору ползти этому медному тюленю.

- О перевозке не заботься: я уж велел положить ее на розвальни, и тебя

жалую начальником всей нашей зимней артиллерии.

- Эта зимняя артиллерия нагрела мне бок похуже Петровок; да скажи,

пожалуй, куда девался этот кирасирский великан, который выхватил у меня

пушку из-под носу? Когда я очнулся, то в облаках серного дыма он, в белом

мундире и в латах своих, показался мне за привидение. Нечего сказать,

удалец, - он крошил палашом своим, как будто в кулаке у него сидел целый

легион чертей, и метался в схватке, будто на нем надета была заговоренная

кожа Ахиллеса. Не убит ли, не ранен ли он?

- Не знаю. Видел его я до самого конца дела, в запальчивости он

истреблял встречного и поперечного; не было пощады даже тем, которые просили

пардону. Кровь струей бежала с его клинка, с особенною, какою-то дикою

радостью рубил он вооруженных врагов, и всякий раз, когда человек падал

трупом к ногам его, он, вглядываясь в лицо, восклицал: "Это не он! все еще

не он!" и спешил далее. Мне сказывали - увязавшись за кем-то в погоню, он

исчез в потемках... Может статься, где-нибудь и застрелили его... Я велел

всюду его искать, но до сих пор еще не нашли латника.

- Нашли, нашли! - кричал, вбегая, запыхавшись, наш кубический аудитор.

- Ура! наша взяла! Мир России, слава и честь аудитору двенадцатого

класса Кравченке; поздравьте меня, обнимите меня, расцелуйте меня в

лепестки. Уф!.. я не могу более...

При этом он упал в кресла и, пыхтя, с гордым видом поглядывал на нас

свысока. Мы с улыбкою взглянулись, желая найти на лице другого разгадку этим

междометиям.

- Теперь мое имя будет сиять не в одних скрепах шнуровых книг - оно

загремит в реляциях, в газетах, в историях!.. - продолжал Кравченко,

собравшись с духом. - Да, да, в историях!

- По крайней мере в какой-нибудь комедии, - сказал поручик, следя

глазами аудитора, который в припадке самодовольствия вертелся и прыгал по

комнате, словно кубарь.

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки