Электронная библиотека

отважных доскакивает до неприятельского фронта и, опрокинутая, улепетывает

назад быстрее натиска. Кричать "ура" не было заводу, затем что те, которые

ревут прежде всех и раньше поры, первые осаживают под шумок коней и оттого

расстроивают купность удара. Напомнив гусарам, что и как должны они делать,

я повел атаку ровно, смело. Мерзлая земля загудела под мерною рысью;

уланские пики, которыми тогда вооружены были и гусары, залепетали флюгерами,

и бренчанье оружия раздалось в осеннем воздухе; все это покрывалось изредка

словами: равняться, не волноваться, не заваливать плеч! В неприятельском

фронте была смертная тишина, мы близились быстро; можно уж было различать

бледные лица и сверкающие над стволами глаза гренадеров под наклоненными их

шапками. В ста шагах я скомандовал марш-марш и с поднятою саблею кинулся на

рогатку штыков; в то же мгновение за криком feu! [Огонь! (фр.)] грянул

пушечный выстрел, картечи запрыгали около, и густой батальный огонь

покатился вдоль фасов, - он развеял наш фронт как пух. Кони смешались, на

раненых спотыкались здоровые, мы принуждены были обратиться назад. Картечь и

штыки - нестерпимые вещи для лошадиной натуры. Три раза еще порывались мы

пробить каре, и три раза были отбиты. Я грыз зубы. Поручик бесновался... но

делать было нечего. Пришлось, сберегая людей, ограничиться перестрелкою,

ожидая удобнейшего местоположения или времени. Завязать дело было

необходимостью, чтобы развлечь внимание неприятельского корпуса. Пускай себе

думают, что мы, обманувшись, преследуем Наполеона проселками, между тем как

наши летучие отряды катились у него на шпорах.

Так догнали мы храбрых своих врагов до небольшой деревеньки при замке

Треполь. Между тем люди и кони мои изнурились давним налетом как нельзя

более, - надобно было освежить тех и других, а в поле ни стога сена, в

саквах ни крошки сухарей; волей и неволей приходилось добыть себе хлеб

насущный и ночлег в деревне, прогнав из нее неприятеля. На русского солдата

всего сильнее действует такая логика, и когда я объявил им в чем дело, они с

жаром кинулись выбивать французов из засады. Впереди шли драгуны в штыки,

гусары с карабинами подкрепляли их, казаки зажигали домы с боков, - это

подействовало: мы потеснили их до самого замка, ворвались во двор, и,

наконец, они заняли только самый корпус дома панского и в нем отстреливались

тем отчаяннее, тем безопаснее, что взвезли на подъезд свое орудие и очищали

им весь двор, сквозь огромные двери сеней. С других сторон окна были высоко

от земли, и потому самою выгодною точкою нападения оставалось орудие,

во-первых потому, что к нему и мимо его в дом можно было взбежать по

подъезду, а в окна под ружейным огнем - плохая дорога; во-вторых, проникнув

в средину, мы бы разрезали осажденных на две половины и, следственно, могли

гораздо легче с ними управиться. Чего долго думать.

- Ребята, вперед, ура, в штыки, в дротики! За мной! - закричал мой

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки