Электронная библиотека

друга ни в каком случае. Чудовище, испугавшее нас, была кошка. Мы, однако ж,

народ храбрый и, уверясь в том, не смели подойти к ней: кошка искони слывет

сосудом оборотней, ведьм и тому подобной адской челяди второго разряда.

Улетели годы.

Давно уж покинул я родину. Учился в Москве, вступил в службу. Радостно

спешил я домой показать матушке свои патенты, свои эполеты, при первом

отпуске. Весь мой младенческий и отроческий быт ожил в душе, когда я увидел

поприще, на котором он двигался. Правда, кукольный мир этот, не только

просторный, но и огромный для ребенка, для меня, юноши, казался уж тесен,

мал непонятно. Но он был моим, был связан не скажу с прекрасным, но с

беззаботным возрастом, когда мы чувствуем, не ощущая сердца, думаем, не

утомляя души, - с этим единственным возрастом настоящего без сожаления о

вчера, без ожидания завтра, без воспоминаний, едва ли не всегда разведенных

желчью раскаяния, без надежд, отравляемых ядом страха. Я сказал тебе о моей

наклонности к чудесному. Признаюсь, что возраст не уничтожил ее; он только

высучил ее в утонченную нить, а романы раскрасили ее своими цветами.

Переменился вид, существо осталось то же. Вот почему таинственный Шуран

манил меня к себе своими чудными преданиями, манил неодолимо. На третий же

день я велел оседлать коня и поскакал туда. Это было в октябре месяце. Когда

я приехал в Шуран, ночь, как прелестная арабка, в звездном покрывале

гляделась уже в померкшем зеркале Камы. Я слез у крыльца уединенного домика,

в котором жил управитель, только не нашел его у себя: он уехал в дальнюю

деревню. Мне вовсе не весело было коротать вечер с старухою, его женою, и,

поужинав налегке, я велел подать себе топор, зажег три восковые свечи вместо

факела и, не сказав никому ни слова, отправился прямо к покинутому дому.

Репейник заплетал мне дорогу; испуганные лягушки, которые уже столько лет

невозбранно владели мокрым двором, квакая, прыгали из-под ног моих. Я

подошел к обрушенному крыльцу, которого ступени были термометром детского

нашего честолюбия, я увидел окно, в которое глядел, когда был испуган

кошкою, - и все фантастические существа замахали около меня знакомыми

крыльями, и прежнее чувство сладкого страха втеснилось в грудь, я опять

стоял школьником перед старинным замком. Это было на минуту. Я оторвал

топором доски дверей и вошел в обширную переднюю. Отворенные кругом стен

ящики для сиденья слуг и опрокинутые вешалки доказывали еще торопливость, с

которою выбирались жильцы из дома. Паук развесил свои победные знамена по

стенам, медные задвижки дверей зацвели зеленью, сами двери едва держались на

перержавленных петлях, и когда я тронул одни, они упали с треском на пол.

Гул пошел по пустым комнатам, густое облако пыли взвилось, и я сквозь него

вступил в залу. Летучие мыши, эти бабочки развалин, треща перепончатыми

крыльями, слетелись на огонь и кругами реяли мимо глаз. Разрушение много

выиграло с тех пор, как я в первый раз видел эту залу. Карнизы обвалились, и

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки