Электронная библиотека

"L'amour est l'egoisme a deux" [Любовь - это эгоизм вдвоем (фр.)], -

сказала мадам Сталь, и весьма справедливо. Стрелинскому лестно было получить

от графини преимущество над толпою вздыхателей многоречивых и без речей,

когда свивались круги мазурки или французских кадрилей; а графине, с своей

стороны, казалось приятно иметь кавалером такого отличного танцора, как

Стрелинский. В кругу общества и в тиши уединения они нравились друг другу

остроумием и оригинальностию; и, наконец, когда оба они заглядывали в

будущее, то, конечно, не могли найти друг для друга лучшей партии. Та и

другой с хорошим родством, тот и другая независимы и богаты - случай,

удаляющий всякую мысль о корысти; все благоприятствовало обоюдной

склонности.

Графиня подружилась с сестрою Стрелинского, Ольгою, дивясь, как до сих

пор она не умела оценить всех любезных ее качеств. Валериан удивлялся, с

своей стороны, тонкости вкуса графини в выборе знакомых и, подобно

блуждающей доселе комете, начал обращаться в кругу их. Нужно ли сказывать,

какое солнце покорило его центровлекущей силе своей?.

V

Она расцветала, как девственная мечта юности;

была чиста и прелестна,

как земля в первый день творения.

Старинная эпитафия

В домашней жизни Валериан был едва ли не счастливее, чем в свете. Подле

сестры своей Ольги отдыхал он сердцем от остроумия модных умниц и от безумия

собственной страсти. Подле нее утихало волнение сомнений, и ревность свивала

Коршуновы крылья свои. В самом деле, трудно было и самому мизогину не

полюбить это невинно-милое существо. Воспитанная в Смольном монастыре, она,

подобно всем подругам своим, купила неведением безделиц общежития

спасительное неведение ранних впечатлений порока и безвременного мятежа

страстей. Она прелестна была в свете, как образец высокой простоты и детской

откровенности. Отрадно было успокоить взор на светлом лице ее, на котором

еще ни игра страстей, ни лицемерие приличий не впечатлели следов, не бросили

теней. Отрадно было согреть сердце ее веселостию, ибо веселость

- цвет невинности. Б мутном море светских предрассудков, позолоченной

испорченности суетного ничтожества - она возвышалась, как зеленеющий свежий

островок, где усталый пловец мог найти покой и доверие. Она не могла понять,

для чего бы ей стыдиться слез умиления при рассказе о великодушном поступке

или румянца негодования, слыша о низостях людских. Не понимала, почему

неучтиво сказать человеку в глаза: "ах! как вы добры!" или: "ах! как вы

злы!" - если он то заслуживал; не понимала, почему ей неприлично сесть подле

умного молодого человека, с которым приятно разговаривать, и почему она

обязана слушать нелепости пожилого потому только, что он со звездою. Она

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки