Электронная библиотека

ближе всех был к истине.

IV

Для нас, от нас, а, право, жаль;

- Ребра Адамова потомки,

Как светло-радужный хрусталь,

Равно пленительны и ломки.

Лучи холодного солнца давно уже играли по алмазным цветам цельных

стекол графини Звездич, но в спальне ее, за тройными завесами, лежал еще

таинственный мрак и бог сна веял тихим крылом своим. Ничего нет сладостнее

мечтаний утренних. Первая дань усталости заплачена сначала, и душа

постепенно берет верх над внушениями тела, по мере того как сон становится

тоньше и тоньше. Очи, обращенные внутрь, будто проясняются, видения

светлеют, и сцепление идей, образов, приключений сонных становится

явственнее, порядочнее, вероятнее. Память не может вполне схватить сих

созданий, не оставляющих по себе ни праха, ни тени; но это жизнь сердца...

оно еще бьется, оно еще горячо их дыханием, оно свидетель их мгновенного

бытия. Такие мечты лелеяли сон Алины, и хотя в них не было ничего

определенного, ничего такого, из чего бы можно было выкроить сновидение для

романтической поэмы или исторического романа, зато в них было все, чем любит

наслаждаться юное воображение. Начальные грезы ее были, однако, менее

цветисты, хотя очень забавны. То около нее кружился чудесный вальс,

составленный из эполетов, аксельбантов, султанов, шпор и орденов... вся

лавка Петелина танцевала казачка. То, казалось, она подавала пилюли

покойнику мужу; то снова погружалась в баденские воды, будто в поток

забвения... И вдруг стены третьей станции вставали около нее с лубочными

своими портретами, на которые глядит она, переписывая давно нам знакомое

послание, и вот, кажется ей, один портрет мигает ей очами, улыбается, усы

шевелятся; он готов выпрыгнуть из рамок, но она сама кидается к нему

навстречу... "Это вы, Гремин!.." - вскрикивает графиня. "Нет, это Блюхер". И

снова гремит и мчится котильон, и снова слышатся ноты французского

кадриля... Какой-то незнакомец, в испанской мантии на гусарском доломане,

приближается к ней и... Но перечесть все вздоры, которые мы видим во сне,

значило бы бредить наяву, и потому я скажу только, что часы добивали десять,

когда колокольчик графини слился с последним их ударом.

Параша распахнула внутренние ставни, отдернула занавесы и уже несколько

минут стояла у ног кровати с раскинутою шалью, но Алина Александровна

изволила еще почивать с открытыми глазами, еще на кругу ее полога мечты

проходили, подобно фантасмагорическим теням.

- Он приедет, - наконец весело произнесла она, сбрасывая одеяло, - он

скоро приедет.

- Кто, ваше сиятельство? - простодушно спросила служанка, помогая ей

одеваться.

- Кто?.. - Графиня задумалась. Она чувствовала, что на простой этот

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки